Розсилка новин

Підпишіться на розсилку нових матерiалiв сайту
Версія для друку 5 квітня 2018 року

Владимир Фесенко: «Половина населения Украины вообще никому не доверяет»

Владимир Фесенко: «Половина населения Украины вообще никому не доверяет»
Украинский политолог, глава Центра прикладных политических исследований «Пента» Владимир Фесенко, рассказал в интервью МаркерУА о рисках для Украины, сценариях разрешения конфликта на Донбассе, реформах, антикоррупционерах, грядущих выборах и многом другом.

— Задержание главы Центра освобождения пленных ГО «Офицерский корпус» Владимира Рубана с арсеналом оружия (обвиняют в подготовке терактов, в том числе планировании убийства первых лиц государства) и вскоре после него – Надежды Савченко, десятки обысков по всей стране. С чем связана, по вашему мнению, подобная активность СБУ?

— Не думаю, что в данном случае можно говорить о каком-то конкретном поводе для активности СБУ. Выявление каких-то структур, связанных с российскими спецслужбами и осуществляющих подрывную и прочую противоправную деятельность – это постоянная деятельность СБУ, начиная с 2014 года. Но, возможно, с приближением выборов, которые в Украине должны состояться в 2019 году, российские спецслужбы активизировали свою деятельность в Украине. Соответственно, усилилась и контр-активность СБУ.

У дела Савченко-Рубана своя особая логика. Судя по сообщениям прокуратуры и СБУ, идея насильственного свержения власти у этих персонажей появилась еще несколько месяцев назад. Они только начали поиск исполнителей для этого, и СБУ зафиксировала такие попытки на ранней фазе, а далее уже вела их, в том числе для того, чтобы получить данные об их связях с руководством так называемой «ДНР» и российскими спецслужбами.

— Деятельность силовиков в последнее время направлена на прессинг независимого бизнеса: обыски в Новой почте, Gloria Jeans, IT компаниях, а также на ущемление свободы слова (обыски у «агентов Кремля»). При этом никто не проверяет деятельность «Киевэнерго», например и других энергоструктур, к которым имеется немало вопросов. Как это объясните?

— Я бы не валил все в одну кучу и не говорил об абстрактных силовиках. В каждом конкретном случае есть конкретные правоохранительные структуры. В ряде случаев, в частности по «Новой почте», есть подозрения об использовании правоохранительных органов для давления на отдельные бизнес-структуры. Здесь могут быть и коррупционные мотивы, и «заказ» конкурентов. Но в ряде случаев есть и реальные претензии по серьезным правонарушениям, связанным с теневым бизнесом.

Что касается сферы энергетики, я думаю, что нас ожидают громкие резонансные дела, в том числе с участием НАБУ, уже в ближайшее время. Кстати, ряд дел в этой сфере уже расследуется (Укргаздобыча, дело Мартыненко, включая дело Одесского припортового завода и ряд др.). Ряд таких дел упомянул глава НАБУ Артем Сытник в интервью «Зеркалу недели». Разделяю ваш гневный пафос по Киевэнерго. Но проверять нужно и другие облэнерго, а также водоканалы. Можно предположить вероятность очень больших махинаций в сфере начисления коммунальных тарифов. Поэтому соответствующие организации находятся в зоне риска. Резонансные антикоррупционные расследования в этой сфере – это только дело времени, скорее всего, ближайшего, от нескольких месяцев до 1-2 лет.

Я был бы очень осторожен с обвинениями об ущемлении свободы слова. Несколько общенациональных телеканалов проводят очень агрессивную антипрезидентскую информационную политику. И ничего с ними не происходит. На абсолютном большинстве телеканалов в эфире постоянно присутствуют представители оппозиции. Что касается «агентов Кремля», это популярный политический штамп. Однако, некоторые люди, у которых проводили обыски, действительно занимались антиукраинской пропагандой. В ряде случаев у таких обысков, возможно, были и другие мотивы. В любом случае, в условиях гибридной войны с Россией необходимо сохранять бдительность. Иногда лучше перестраховаться.

В связи с этим, меня гораздо больше беспокоят неэффективность или банальная слабость некоторых госструктур, органов местной власти, проявления агрессии и анархии, создание партийных парамилитарных организаций, которые пытаются влиять на органы власти или подменять их.

— На разных переговорных площадках сейчас активно обсуждается ввод миротворцев ООН на Донбасс. Когда это может произойти, если вообще может, и на каких условиях?

— Это тема действительно активно обсуждается с конца августа прошлого года, но никаких конкретных решений пока нет. И я не уверен, что они появятся в ближайшее время. Поиску компромиссов по этой теме будут препятствовать нынешнее резкое обострение отношений между Западом и Россией (в связи с отравлением на территории Великобритании бывшего работника российских спецслужб, перевербованного британской разведкой, и его дочери) и приближение президентских и парламентских выборов в Украине. Дополнительным фактором риска является анонсируемое проведение «выборов» руководства самопровозглашенных «ДНР» и «ЛНР» в ноябре текущего года.

В конце января спецпредставитель Госдепартамента США Курт Волкер передал Владиславу Суркову, помощнику президента РФ, пакет компромиссных предложений США, Германии и Франции по миротворческой миссии ООН на Донбассе. Ответ ожидался после президентских выборов в России. 29 марта появилось совместное заявление лидеров стран Нормандской четверки о возобновлении переговоров в ближайшие месяцы. Президент Порошенко уже анонсировал визит в Берлин для возобновления переговоров по проблематике конфликта на Донбассе.  Однако, с учетом нынешних отношений между Западом и Россией, Украиной и Россией, и тех факторов, которые я упомянул выше, вряд ли стоит ожидать какого-то прорыва в этих переговорах, в том числе в вопросе по миротворческой миссии ООН на Донбассе. Если в этом направлении и произойдут какие-то подвижки, то лишь после президентских и парламентских выборов в Украине, то есть не ранее 2020 года.

— Поделитесь вашим виденьем разрешения конфликта на Донбассе: сроки и варианты.

Два наиболее вероятных сценария: 1) сохранение на неопределенный период нынешней ситуации, возможно со снижением уровня военных действий; 2) постепенное замораживание этого конфликта с прекращением военных действий.

Не исключено, что после президентских и парламентских выборов в Украине будет предпринята еще одна попытка выйти на мирное урегулирование этого конфликта путем ввода на Донбасс миротворческой миссии ООН. Но это будет возможно, если Россия согласится на полноценную миротворческую миссию, с выполнением функции обеспечения безопасности в зоне конфликта, контроля над границей, а также на создание международной переходной администрации, которая заменит «ДНР» и «ЛНР» и подготовит условия для восстановления на этих территориях украинского суверенитета.

Вероятность полноценной реализации Минских соглашений, особенно их политической составляющей, представляется относительно маловероятной в связи с тем, что значительная часть политических сил в Украине выступает резко против предоставления особого статуса нынешним сепаратистским территориям. И вряд ли эта ситуация изменится после парламентских выборов 2019 года.

— В последние годы появились новые ведомства: НАБУ, НАПК, САП, но Украина постоянно возглавляет антирейтинги по состоянию коррупции в стране. Как можно оценить эффективность их работы и действительно ли существовала необходимость создания отдельных силовых структур, а не реформирование существующих: УБОП, УБЕП, экономическое подразделение СБУ, следствие ГПУ?

— НАБУ, САП и НАПК – это антикоррупционные институты, с конкретными функциональными задачами. Они не дублируют друг друга. Борьба с коррупцией выделена в отдельное приоритетное направление, поэтому создание таких специализированных структур, на мой взгляд, оправдано. Лучше с нуля создавать новые структуры с новыми людьми, чем пытаться реформировать старые. В существующих правоохранительных структурах очень много негативных практик, в том числе и коррупционных. И их очень тяжело изживать, как показывает наш опыт реформ. Но не всегда возможно с нуля создать новый государственный институт вместо существующих. Надо также признать, что и создание новой правоохранительной структуры с нуля не гарантирует успеха. Например, опыт с НАБУ и САП я считаю достаточно успешным, хотя и далеко не идеальным, что подтверждает и история с Холодницким, по которой, правда, пока еще рано делать окончательные выводы. А вот в истории с НАПК больше оснований для критических оценок.

В каждом конкретном случае есть свои критерии эффективности в зависимости от задач, которые должны решать отдельные антикоррупционные структуры. Для НАБУ и САП на первом этапе их деятельности таким критерием была смелость в открытии резонансных дел против высокопоставленных чиновников и политиков. Но главным критерием будут судебные приговоры по этим резонансным делам.

По НАПК критерий другой – создание эффективной системы проверки электронных деклараций, выявляющей несоответствие доходов и расходов чиновников и политиков, и «жульничество» с данными электронных деклараций, а также эффективный контроль над чистотой партийных финансов. Пока эффективность работы НАПК не впечатляет.

— Многочисленные реформы последнего времени (те же медицинская и образовательная) воспринимаются немалой частью населения в штыки. Разумно ли проводить столь глобальные изменения в столь непростое для страны время?

— Любые серьезные реформы – это риск и конфликт социальных и политических интересов вокруг этих реформ. Вокруг медицинской реформы в США острая политическая борьба идет уже более 20 лет. Клинтону не удалось ее провести, Обама провел, но теперь Трамп пытается ее отменить.

Постоянное откладывание назревших реформ означает торможение модернизации страны. И так большинство реформ откладывали долгое время. Сейчас не острая фаза конфликта с Россией, поэтому этот конфликт не является препятствием для реформ.

Спорить надо не о том, проводить реформы сейчас или нет, а о содержании этих реформ, их потенциальной эффективности, согласовании различных общественных интересов в рамках соответствующих реформ. К упомянутым реформам есть немало претензий и весьма вероятно, что в процессе их реализации еще будут корректировки. Особое внимание сейчас надо обратить на менеджмент этих реформ и нейтрализацию разнообразных рисков в процессе их реализации.

— Назовите основные риски, которые ожидают Украину в текущем году: политические, экономические и прочие.

— У нас всегда существует риск спонтанных (неожиданных) политических и социальных конфликтов. Тем более, в украинском обществе за последние годы накопилось немало недовольства, раздражения, агрессии. Где и как эти негативные эмоции могут прорваться, гадать бессмысленно.

Риски предвыборных политических конфликтов могут быть связаны с резонансными антикоррупционными расследованиями.

Экономические риски в этом и, особенно, в будущем году будут связаны с пиками выплат по внешним долгам и возможной паузой в сотрудничестве с МВФ. Хотя, с другой стороны, повышение цены на газ, на чем настаивают МВФ и НАК «Нафтогаз Украины», является серьезным социальным и политическим риском. Именно поэтому правительство Владимира Гройсмана не торопится это делать.

Обострение отношений между Западом и Россией, которое мы сейчас наблюдаем, может потенциально спровоцировать агрессивные реакции России против Украины.

На Донбассе главные риски обострения военной ситуации и тупика в переговорах будут связаны с выборами руководства самопровозглашенных сепаратистских республик в ноябре текущего года.

— Согласно данным различных соцопросов, рейтинг доверия у президента, парламента и правительства – очень низкий. Есть огромный запрос на новые лица в украинском политикуме. Реально ли удовлетворить этот запрос? И что это даст?

— Такие низкие уровни доверия к президенту, парламенту и правительству бывали у нас и раньше, и неоднократно. Более того, для нашей страны низкий уровень доверия к органам государственной власти – это фактически норма. Крайне редко бывает наоборот. Проблема в другом: высокий уровень недоверия существует сейчас по отношению ко всему политическому классу, в том числе и к оппозиции. Половина населения Украины вообще никому не доверяет.

Спрос на новые лица очень мифологизирован. Он действительно есть, на фоне недоверия к нынешним политическим лидерам. Но за незнакомые новые лица никто голосовать не будет. А молодые политики еще не успели себя проявить.

Поэтому с новыми лицами ситуация парадоксальная. По данным социологов, две трети населения хочет видеть новые лица на украинском политическом Олимпе. Но при этом более 80% опрошенных никого не могут отметить в этой номинации.

Украинская политика действительно нуждается в обновлении, особенно в плане новых практик и ценностей, а также избавления от дурных привычек нынешних политических элит. Наступления новых политиков (естественно, относительно новых, которые уже смогут проявить себя) я ожидаю на выборах 2024 года.

— Не секрет, что Украина находится под сильным внешним давлением. Мы зависим от МВФ, от политики ЕС и США, от действий РФ. Как можно преодолеть эту зависимость и стать действительно самостоятельной державой?

— Надо быть реалистами. Действительно самостоятельными державами могут быть только сверхдержавы.

В кризисных ситуациях не надо бояться сильного внешнего давления, главное, чтобы оно вело нас в правильном направлении и не ущемляло национального достоинства. Германия и Япония после 1945 года около 10 лет находились под сильным внешним управлением и это им не только не помешало, а наоборот – помогло, способствовало политической стабилизации и экономическому чуду в этих странах. А вот советское внешнее давление на послевоенную Восточную Европу осуществлялось иногда и в форме военных интервенций, как в 1956 году в Венгрии и в 1968 году в Чехословакии. К сожалению, современная Россия унаследовала эту дурную привычку.

Нашим элитам действительно надо становиться более самостоятельными и самим вырабатывать курс реформ, их алгоритм, содержание, стратегию и тактику их проведения. Перефразируя известную пословицу, на международных партнеров надейся, а сам не плошай. Самостоятельность государственной политики – это вопрос политической воли, поддержки государственного политического курса большинством населения страны, и успешности проводимой политики. Чем весомее будет экономический, политический и военный потенциал страны, тем самостоятельней будет и ее политический курс.

Джерело: МаркерУА

Додати повідомлення

Вам необхідно зареєструватися або авторизуватися для того щоб створювати нові повідомлення.

Коментарі експертів

15 серпня 2018 року
Фесенко Володимир В'ячеславович:
Медведчук давно викликає величезне роздратування
14 серпня 2018 року
Фесенко Володимир В'ячеславович:
У Порошенко есть вещи, которыми он может гордиться
14 серпня 2018 року
Фесенко Володимир В'ячеславович:
Що перешкодило звільненню Олега Сенцова: думка політолога
архів коментарів

Персональний кабінет